ИСТОРИЯ ПИРСИНГА

В конце ХХ и начале ХХI века пирсинг стал самостоятельным трендом, который использовали в своих рекламных кампаниях знаменитые модельеры Келвин Кляйн, Вивьен Вествуд, Жан-Поль Готье. Искусство пирсинга очень самобытно. Оно акцентирует внимание на человеческом теле как материальном носителе пластической выразительности - в форме различных течений боди-арта и свободного фигуративного искусства. Можно предсказать еще большее увлечение пирсингом самых разных людей, ибо сегодня становится понятно, что за внешним легкомыслием, модой и погоней за красотой стоят глубокие вопросы. Пирсинг затрагивает фундаментальные темы, связанные с историей человечества, с его выживанием в век реального апокалипсиса, нехватки чего-то жизненно необходимого. В пирсинге и его разновидностях человеческое тело примеряет на себя синтез плоти и стали, живых мышц и титановых механизмов. Кутюрье Жан-Поль Готье воздает должное памяти Орлеанской девственницы, изобретая образ амазонки, бряцающей металлом и ремнями. Его коллекция «Хай-Техно», иронически обыгрывающая тему использования вторсырья и утилизации отходов, объединяет металлические элементы, блестящую кожу, груди-снаряды и шаровые ситечки для заварочных чайников вместо ушных подвесок. Молодое поколение активно использует все понастоящему оригинальное, не стесняясь выставлять напоказ «ритуальные перфорации индейцев кайапос, пронзенные языки великих майанских жрецов, кольца в сосках, папуасскую косточку в носу», наделяя их собственными значениями и знаками. Многозначный смысл раскрывается на примере неожиданных, иногда эпатирующих связей, когда на культурном ландшафте вырисовываются скрытые ранее обширные территории, где изобразительные искусства, кино, мода, музыка и история соединяются воедино посредством модификаций тела, творя поэтичную метафору в настоящем «здесь и сейчас», а не в придуманном футурологами будущем.

Интересная точка зрения на пирсинг состоит в том, что культ совершенного, загорелого, накачанного, с удаленными жировыми отложениями тела - недоступный, иллюзорный идеал красоты - насаждается гламурными журналами и модой как якобы общедоступный. С его пусть кратковременной, но болью, пирсинг является ярко выраженным атрибутом готики, противопоставляемой сегодня гламуру. Боль принято скрывать, от нее отворачиваются, но от этого страданий не становится меньше. Прокалывая свое тело или подвергая его тем или иным модификациям, человек на практике «восстанавливает отношения с болью» и обретает радость чувствования себя настоящего. К тому же пирсинг представляет тело единственным, что принадлежит пока человеку целиком и полностью. И тем самым берет своеобразный реванш над всепроникающим и иногда подавляющим присутствием технологий, воплощая собой изменчивый дух времени, насквозь пронизывающий современную культуру.